UC Rusal  и его адвокаты из бюро "Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры" развернули против "Ведомостей" информационный террор. Цель – заставить нас прекратить честно и объективно писать об одной из самых закрытых компаний России, как мы это делаем уже в течение 10 лет.

Война началась вот почему. В конце октября руководство Rusal встречалось с аналитиками инвестбанков и делало презентацию, содержавшую, среди прочего, финансовые показатели компании. "Ведомостям" удалось ознакомиться с ее материалами, и газета опубликовала статью "Недосчитался $6 млрд". Главная ценность публикации – финансовые показатели Rusal, в частности, данные об убытках достигших $5,98 млрд за 2008 г. и $720 млн – за первое полугодие 2009 г. Напомню, что данные о прибыли UC Rusal секретит, и только благодаря "Ведомостям" на протяжении нескольких лет люди узнают, сколько же зарабатывала компания, на которой строится личное благосостояние Олега Дерипаски.

Я считаю статью очень взвешенной: хотя речь идет об убытках, отмечено, что у Rusal они меньше, чем у конкурентов; компания режет издержки, словом, всячески старается удержаться на плаву. Материалы мы получили абсолютно легальным путем и закон не нарушали: человек, поделившийся с нами, никаких обязательств по неразглашению не давал.

Но Rusal и его юристов это не интересует. Они пытаются вынудить нас ВООБЩЕ прекратить публиковать заметки о бизнесе Rusal – судя по тому, что на последующие статьи, "Кривая Дерипаски" и "Сторговался" последовала та  же реакция. Юристы ловко используют понятие "коммерческой тайны" (по закону о СМИ журналисты не вправе целенаправленно собирать информацию, относящуюся к этой тайне), угрожая последствиями: возмещением упущенной выгоды для газеты, и административным и даже уголовным преследованием для журналистов. Это настоящий юридический террор: звонки на мобильные телефоны сотрудников раздаются с утра до позднего вечера. Предупреждают: "вы уверены, что вам стоит писать?". Письма сыплются по электронной и обычной почте. Более того, адвокаты пытаются и нам навязать режим конфиденциальности, пытаясь запретить нам даже рассказывать об этой атаке.

Независимые юристы говорят: журналисты не обязаны спрашивать у собеседников, выступивших источниками информации, раскрывают ли они  коммерческую тайну или нет. Более того, узнать заранее, что тайна, а что – нет, мы не можем: каждая компания устанавливает режим коммерческой тайны по своему выбору и может менять его хоть дважды в день

Но не о тайне речь. "Русал" своими действиями убедил меня, что компанию не интересует, чтобы в "Ведомостях" о ней выходили объективные и содержательные заметки. Я почти уверена, что лично Дерипаску не устраивает сам факт несанкционированного появления информации о его детище и о нем самом. Человек, собравший под контролем огромную империю, пытается контролировать и нас, действительно независимых журналистов.

Так быть не должно.

Действительно, UC Rusal частная компания (пока она не провела IPO, и я не на 100% уверена, что проведет его в итоге). Но я абсолютно убеждена, что это та частная компания, о чьих финансовых показателях должно знать общество. UC Rusal – 100% монополист: он контролирует абсолютно все алюминиевые заводы страны. Кстати, я хочу напомнить, что компания не зарегистрирована в России не платит здесь налогов, что, на мой личный взгляд, неправильно. Но и даже в России подразделения компании могли бы платить значительно больше, если бы не режим толлинга, которым она пользуется многие годы – так решило государство. Это один из многих подарков, полученных UC Rusal из рук властей. Финансовую помощь компании оказала госкорпорация ВЭБ. Хочу напомнить, что ВЭБ распоряжается деньгами, полученными из фонда национального благосостояния (нашего с вами благосостояния, как это не смешно). Причем государство оказало Rusal беспрецедентную помощь, предоставив ему $4,5 млрд при лимите ВЭБ в $2,5 млрд на заемщика. На днях кредит был продлен.

Дерипаска – исключение из правил. Я считаю, этого вполне достаточно, чтобы для его компании был введен особый режим коммерческой тайны, а именно, требование официального опубликования финансовой отчетности на сайте в интернете так, как это делают публичные компании. Я бы включила в этот перечень еще нескольких клиентов бюро "Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры", которые очень нервничают, когда "Ведомости" собираются о них писать – банк "Россия", например.

И еще. В неофициальных беседах юристы  дают понять, что им на самом деле от нас нужно. Им нужен источник информации. Они знают, что журналистом "Ведомостей" внутренними документами запрещено раскрывать источников кому-то кроме редактора или кроме как по решению суда. Они знают также, что закон о СМИ прямо запрещает нам раскрывать источники информации. К их знанию я могу добавить, что порядочные журналисты также строго соблюдают это правило, как приличные медики – клятву Гиппократа.